Сегодня был я у губернатора Бутурлина. Он и жена его приняли меня очень мило и ласково: он уговорил меня обедать завтра у него. (Из письма А. С. Пушкина жене второго сентября 1833 года из Н. Новгорода.)

Пушкин приехал в Нижний Новгород по старой столбовой Московской дороге в субботу, второго сентября 1833 года. Впереди был долгий путь в Оренбург, где ему предстояло осмотреть места событий крестьянской войны под предводительством Емельяна Пугачева, некогда потрясшей до основания всю дворянскую Россию,- героя будущего исторического исследования Пушкина и повести “Капитанская дочка”.

Чета Бутурлиных приняла Пушкина радушно, уговорив посетить их .дом и на следующий день. Тому было несколько весьма важных причин.

Во-первых, Пушкина знали в России известным поэтом, которому, по доносившимся до Нижнего Новгорода слухам, покровительствовал сам Николай 1, вызвавшийся быть его личным цензором. Такой “чести” удостаивались немногие! О характере же более сложных, чем это казалось внешне, отношений поэта и царя М. П. Бутурлин мог и не догадываться. Во-вторых, они состояли в дальнем родстве. В нижегородских дворянских книгах Бутурлины указывали, что происходят от вышедшего во времена “Александра Невского из Семиградской земли государева честного мужа, именем Радша”. Это же дословно повторил о своем древнем предке Пушкин в автобиографии, с того же начал стихотворение “Моя родословная”: “Мой предок Рача мышцей бранной Святому Невскому служил..:” В-третьих, по предположению М. П. Бутурлина, Пушкин ехал в Оренбург с инспекционной миссией, что затрагивало, как мы увидим, личные интересы нижегородского военного губернатора. Опасения о тайной цели путешествия Пушкина в далекий Оренбург были для Бутурлина столь серьезными, что он сразу же известил об этом тамошнего военного губернатора В. А. Перовского.

Писатель В. А. Соллогуб писал в воспоминаниях: уже будучи в Оренбурге, поэт узнал, что Бутурлин посчитал его за тайного посланника царя. Позже Александр Сергеевич рассказал Н. В. Гоголю, как его дважды приняли за тайного правительственного чиновника - сначала в Устюжне-Железопольской, а затем тогда, когда В. А. Перовский получил из Нижнего Новгорода секретную бумагу. В этой бумаге “последний предостерегался, чтоб был осторожен, так как история Пугачевского бунта только предлог, а поездка Пушкина имеет целью “обревизовать секретно действия оренбургских чиновников”. На этих двух данных задуман “Ревизор”, коего Пушкин называл себя всегда крестным отцом”.

Но что же так насторожило нижегородского военного губернатора в приезде Пушкина и, главное, в его интересе к Оренбургу? Ответ мы находим в фактах биографии самого М. П. Бутурлина, выявленных из хранящегося в Государственном архиве Горьковской области его формулярного списка.

Михаил Петрович Бутурлин родился тринадцатого мая 1786 года. Незадолго до начала военных действий французов в 1812 году он получил назначение старшим адъютантом командира 1-й кирасирской дивизии, с которой участвовал в сражении под Витебском и в арьергардных боях за Смоленск, “где много раз употреблен был в охотниках для расставления егерных цепей, я исполнял оное с удивительным рвением и храбростью”.

За участие в Бородинской битве, где расторопной распорядительностью способствовал “спасению батарей и пехоты, причем ранен в плечо картечью”, его наградили первым боевым орденом Святого Владимира четвертой степени с бантом. Затем М. П. Бутурлин участвовал в сражениях под Тарутином, Малоярославцем, под Вязьмой и далее под Дрезденом и Лейпцигом. С русскими войсками вошел в Париж

После победоносного завершения французской кампании Михаила Петровича назначили адъютантом будущего декабриста С. Г. Волконского, а двадцать третьего октября 1829 года в чине генерал-майора уволили “за болезнию до прошению от службы с мундиром в пенсионом одной трети жалованья”.

Во время эпидемии холеры, охватившей центральные районы россии, М. П. Бутурлина в сентябре 1830 года назначили временноуправляющим мещанской частью Москвы. С нежданным поручением он справился, и уже на следующий год вместе с очередным орденом получил и назначение на должность нижегородского гражданского губернатора. За успешное взыскание недоимок с населения губернии ему была объявлена правительственная благодарность, а указ от первого июля 1832 года поднял его на следующую ступеньку иерархической лестницы чиновничьего аппарата николаевской России - он занял должность военного губернатора с правом управления и “гражданской частью”, став практически единовластным правителем огромного Нижегородского края.

Пушкин был в гостях у Бутурлина в пору особой активности и признания правительством его административных деяний. Бутурлин вряд ли мог ждать от заезжего поэта крупных неприятностей по новой службе, но известие о поездке Пушкина в Оренбург серьезно встревожило губернатора.

Дело в том, что после декабрьского восстания на Сенатской площади по стране были разосланы тайные, особо доверенные правительства Николая I лица с целью выяснить степень распространения взглядов декабристов и реального состояния дел на местах. В числе “командированных по секретным поручениям” был и М. П. Бутурлин, объехавший тогда несколько губерний, проведший несколько месяцев в Оренбурге (вплоть до весны 1830 года). О результатах тайных инспекций М. П. Бутурлин докладывал лично Николаю I, за что “удостоился получить Всемилостивейшее Его Императорского величества удовольствие”.

Таким образом, поездка Пушкина в Оренбург вполне могла восприниматься М. П. Бутурлиным вторичной проверкой данных недавнего его отчета царю. А это, даже при минимальном несовпадении взглядов, действительно грозило нижегородскому военному губернатору неожиданными неприятностями.

Возможно, после долгой застольной беседы у себя в доме третьего сентября и получения запоздавшего секретного полицейского предписания об установлении за поэтом негласного надзора В Нижнем Новгороде (получено в губернском правлении 1 октября 1833 года) Михаил Петрович и поколебался в своем предубеждении против Пушкина, но курьер с эстафетой был давно в Оренбурге. Откуда было знать нижегородскому губернатору, что этот курьез станет известен поэту, а от него - Н. В. Гоголю, автору “Ревизора”.

Третьего сентября 1833 года к обеду Пушкин вновь оказался в доме военного губернатора. Кроме него, на обеде присутствовало достаточное количество гостей. За некоторыми из них, например, за Лидией Петровной Никольской, специально посылали коляску!

Метки:, ,